История сбора корней.

Сбор корней женьшеня в различные годы проводился с различной интенсивностью. Это зависело от наличия кадров искателей женьшеня, их квалификации и численности. До 1917 года поиски женьшеня в Приморье производились специалистами этого дела — китайцами, число которых в отдельные годы намного превышало тысячу человек. После этого поиски и сбор женьшеня осуществлялся силами сборщиков Приморья и единичными искателями в Хабаровском крае России. Большая численность искателей женьшеня, интенсивный процесс вырубки лесов и широкое распространение лесных пожаров, с которыми не велось должной борьбы, естественно, способствовали быстрому сокращению запасов женьшеня.
До введения в 1930 г. государственной монополии на заготовку женьшеня и распространения на нее государственного планирования, сбор женьшеня проводился в больших масштабах и так же без наличия четкого плана. Начиная с 1930 г. заготовка стала проводиться по плану, а с 1937 г. в подавляющем большинстве случаев силами русских сборщиков.
Урегулирование дела заготовки женьшеня и введение его в русло планового мероприятия, значительное улучшение охраны леса (борьба с пожарами и т. д.) не могли не отразиться положительно на запасах женьшеня. Однако анализ хода заготовок женьшеня показывает, что уровень запасов  в настоящее время стоит на той грани, когда каждое значительное усиление заготовки приводит к резкому снижению «урожайности» на целый ряд последующих лет.
Падение кривой заготовки женьшеня наблюдалось в тридцатых — первой половине сороковых годов после периода интенсивного сбора 1922— 1929 гг. Объем заготовки вновь снизился после усиленной эксплуатации 1945—1947 гг.  В связи с увеличением плановых заданий по сбору женьшеня и их систематическим перевыполнением намечается новое падение кривой заготовок. Так, если принять количество' корня, полученного заготовительными организациями Приморского края в 1952 г. за 100%, то в 1955 г. было сдано только 73%, а в 1956 г. даже 56% от этого количества. Еще более ярко эта тенденция проявляется при анализе данных о заготовке женьшеня в отдельных районах.
Чугуевский и Яковлевский районы, бывшие до недавнего времени наиболее богатыми женьшенем и служившие вследствие этого местом паломничества искателей корня из всех районов края, в последние годы не справляются даже с плановым заданием. Еще в 1955 г. в этих двух районах заготовительными организациями было принято больше половины всего количества корней, заготовленных по краю. А в 1956 г. Чугуевский район недовыполнил план заготовки женьшеня на 16%, собрав в три раза меньше корней, чем в 1955 г. По Яковлевскому же району недовыполнение плана составляло 54%; было собрано почти в четыре раза меньше корней по сравнению с предыдущим 1955 г.
Приведенные данные говорят об угрожающем сокращении запасов, дикорастущего женьшеня, продолжающемся в настоящее время.
Этот процесс проявляется по крайней мере в трех формах: в уменьшении ареала женьшеня за счет сдвига северной границы его распространения к югу, в сокращении ареала за счет полного исчезновения женьшеня из некоторых районов и в уменьшении численности растений на остальной территории ареала.
Северная граница распространения женьшеня за последнее столетие значительно сдвинулась на юг. Можно предположить, что еще лет 100 назад женьшень был распространен почти до широты Хабаровска. Т. Каменский (1815) указывает на нахождение этого растения близ р. Амур; по свидетельству Кириллова (1922), самые дорогие корни в то время находили близ Хабаровска в отрогах Хехцира; Б. В. Скворцов (1932) писал, что еще лет 15 до этого женьшень находили в Хехцире; Хехцир включался в ареал женьшеня и в приведенной выше карте И. К. Шишкина; амурские сказки удегейцев повествуют о находках этого растения в лесах по южному притоку Амура; о находке женьшеня в начале XX в. в долине р. Немпту сообщали корневщики. 
В период работы в экспедиции 1937 г. Были собраны сведения, говорящие о том, что по южным притокам Хора р. Матаю и р. Катену женьшеня было сравнительно много. В тридцатых же годах он стал здесь настолько редок, что за весь сезон заготовительные организации получали всего 60 г корня. ВСейчас, как мы показали выше, женьшень распространен только к югу от р. Хор (за исключением может быть очень редких находок по р. Матаю).
Приводились данные о сдвиге на юг северной границы распространения женьшеня в восточной части Сихотэ-Алиня. «По свидетельству В. К. Арсеньева и указаниям местных аборигенов, пишет Б. Н. Колесников, еще в начале прошлого столетия в бассейне р. Сицы китайцами ежегодно производился сбор женьшеня...»
В 1954 г. автор, вместе с сотрудниками Сихотэ-Алинского заповедника, были предприняты специальные поиски женьшеня и старых китайских отметок его нахождения на территории заповедника. В результате этих поисков в долине Первого Поднебесного ключа были найдены два старых, рядом расположенных выжига на стволах пихты.
Следует отметить, что на северном пределе распространения женьшеня его поиски никогда не были и не могли быть столь интенсивными, как в более южных районах. Женьшень здесь встречается настолько редко, что специальные походы за ним себя не оправдывают. Судя по большому проценту «спящих» корней, которые обнаруживаются при извлечении из почвы корней найденных вегетировавших растений, условия среды здесь неблагоприятны для нормального существования женьшеня. Указания о находках «спящих» корней  встречаются в 50% всех описаний, полученных из этих мест. По-видимому, следует заключить, что отступление на юг северной границы произрастания женьшеня объясняется не только воздействием человека, но и естественными причинами.
Исчезновение женьшеня из целых районов в пределах ареала в результате вырубки лесов и пожаров в ходе первоначального хозяйственного освоения территории не подлежит сомнению. По сведениям сборщиков, женьшень исчез на территории Черниговского района, большей части Спасского и Славянского районов и т. д. А. А. Бондарец сообщил интересные в этом отношении данные об отдельных находках женьшеня вдалеке от мест его теперешнего произрастания, например близ г. Уссурийска.
Уменьшение численности растений женьшеня в районах продолжающегося промысла было показано выше на примере Яковлевского и Чугуевского районов.
Состояние запасов дикорастущего женьшеня вызывает необходимость принять решительные меры для их охраны. Безусловно, необходимо сокращение до разумных пределов планов заготовки. Существенное значение имеет распространение опыта наиболее сознательных сборщиков корней (посев, семян найденного женьшеня «на ямку», сохранение молодых растений с корнем менее 10 г. и т. д.).
Кроме этих, по существу говоря, пассивных мер, целесообразно принять активные меры, а именно: подсевать семена и подсаживать молодые корни (рассаду) женьшеня в участках леса, благоприятных для произрастания этого растения. Семенной и посадочный материал для осуществления этого важного мероприятия всегда будет поступать от крупных женьшеневых хозяйств в виде отбраковываемых семян и рассады женьшеня.
Что же касается дальнейшей эксплуатации запасов дикорастущего женьшеня, то, хотя она и допустима в весьма ограниченных масштабах, но нежелательна, тем более, что добыча не обеспечивает спрос на сырье для нашей промышленности. Наиболее радикальной мерой охраны дикорастущего женьшеня явится введение этого растения в культуру и создание обширных плантаций его; тогда спрос на корни дикорастущего женьшеня, добываемые с такими трудностями, значительно снизится. Таким образом, скорейшее введение женьшеня в культуру необходимо не только как средство полного обеспечения медицинской промышленности сырьем, но и как лучший способ создания условий, благоприятствующих эффективной охране этого редкого и ценного растения в природе.

 

.
.
Меню