Опыты по выращиванию женьшеня

женьшень

 

В начале двадцатого столетия уже тогда известный селекционер и гибридизатор И. В. Мичурин заинтересовался необыкновенной медицинской репутацией женьшеня и решил попробовать вырастить его у себя на участке. По переписке получил семена, но смутило одно обстоятельство: недостатка в описании лечебных свойств женьшеня в литературе не было, но найти достоверные сведения об условиях его произрастания и размножения не удалось. Он хорошо удобрил грядку, аккуратно посеял семена и стал ждать. «Холода сильно задерживают, — записал Мичурин в дневнике. — В ночь под 29 и 30 мая у меня в саду температура падала до плюс 5 по Реомюру, а в более высоких и отдаленных от воды местах, как говорят, был мороз-утренник, который побил даже картофельную ботву, дыни и помидоры». До середины июля простояла великая сушь, а потом пошли затяжные дожди. Женьшень не подавал никаких признаков жизни. Иван Владимирович хмуро подходил к грядке, уже который раз выдергивал сорняки, пристально вглядывался в землю. Махнув рукой, отправлялся дальше, туда, где радовали глаза гибридные сеянцы яблонь и груш. Минул второй год ожидания всходов, семена женьшеня «молчали». Вот тогда-то он, создатель десятков новых сортов плодово-ягодных растений, почетный член Общества садоводов, удрученный неудачей, записал в тетради: «Все наши в сущности ничтожные научные знания составляют лишь одну маленькую строчку необъятной книги природы».
На родине женьшеня, в Приморье, несомненных успехов добился коннозаводчик, владелец крупного стада прирученных пятнистых оленей помещик М. И. Янковский. Движимый коммерческими соображениями, он в 1910 году заложил плантацию в тенистом лесу на полуострове юго-западнее Владивостока. Все должно быть так, как в природе. Руководствуясь этим принципом, Янковский скупал свежие молодые корни женьшеня и высаживал на таежной плантации, которую обслуживал большой штат рабочих и охранников. Сажали и семена растения. Приемы выращивания и сложная система ухода за чрезвычайно капризными растениями тщательно оберегались от посторонних взоров. Люди умели держать язык за зубами, хозяин платил щедро. Во время гражданской войны и интервенции плантация предпринимателя была уничтожена.
После власти вспомнили о женьшене. Знаменитый исследователь растительного мира Дальнего Востока академик В. Л. Комаров в 1932 году привез в Ленинград несколько диких корней из Приморья. Культивирование в оранжерее дало желаемые результаты — привередливый дальневосточник начал плодоносить.
В Анучинском районе Приморского края был создан специализированным совхоз, направление которого явствовало из его названия — «Женьшень». На совхозных плантациях зацветало более 60 процентов трехлетних растений и практически все четырехлетние корни. Женьшень выращивался до шестилетнего возраста. Побеги в течение двух-трех лет цвели и плодоносили, с них собирали семена, а потом осенью выкапывали корни. Их средний вес был вполне приличным — около 60 граммов. В естественных условиях корню требовалось по крайней мере 50 лет для того, чтобы набрать такой вес. Научные сотрудники выяснили, что в период цветения и плодоношения масса корня замедляет рост. Наблюдения показали, что если ежегодно удалять с побега бутоны, не давать возможности им расцвести, то вес шестилетних корней женьшеня достигал 87—90 граммов, то есть они росли в полтора раза быстрее, чем обычные.
Как справедливо заметила кандидат биологических наук 3. И. Гутникова, «агротехника выращивания корня женьшеня не имеет себе подобных среди других культивируемых растений». Добиться обнадеживающих результатов можно только путем многолетнего, кропотливого и упорного труда. Садовод-любитель из Москвы С. Н. Фролов, не один год пытавшийся получить женьшень на приусадебном участке, бросил в сердцах: «Утверждаю, легче приручить тигра, чем вырастить женьшень». Добавим, что если архитрудно приручить тигра, то еще куда более трудно заставить его размножаться в неволе. То же можно сказать о женьшене. Настойчивость и упорство земледельцев победили, десятки людей в нашей стране достигли выдающихся успехов в «укрощении» обитателя уссурийских лесов. Где же удалось вырастить и размножить женьшень? Если сказать — у него на родине, в Приморье, или на Кавказе, то это, пожалуй, не очень удивит. Но вырастить женьшень на ленинградской и белорусской земле — это впечатляет. В поселке Всеволжске, расположенном северо-восточнее Санкт-Петербурга, разведением различных экзотических растений долгие годы занимался Павел Николаевич Крюков. На скудной почве, в условиях весьма прохладного и дождливого климата он сумел вырастить в открытом грунте аралию, лимонник, аир, облепиху, айву. Но самым большим своим успехом Крюков с полным основанием считал выращивание женьшеня. Пользуясь собственной технологией выращивания, он в условиях нечерноземного северо-запада России не год и не два, а пятнадцать лет кряду получал великолепные корни. Среди рекордсменов Крюкова были экземпляры по 170—190 граммов! Такого веса у себя на родине женьшень не наберет и за сто лет. Последние годы Павел Николаевич выращивал женьшень в цветочных горшках, причем отчетливо наметился успех. К сожалению, он не оставил сколько-нибудь подробного описания своих приемов выращивания женьшеня.

Опыт садовода по выращиванию женьшеня

Меню
Меню